*ТУР-2016: ЕКАТЕРИНБУРГ — OBSCENE EXTREME*

Продолжаем публиковать отчеты с наших поездок на европейских фестивали тяжелой и экстремальной музыки. В этот раз наш товарищ Антон побывал на чешском Obscene Extreme. День первый, 14.07.2016.

Дороги мои, дороги...

Путь-дорога от моих заштатных палестин до белокаменной-нерезиновой искушённому читателю вряд ли будет интересна, поэтому сразу перенесёмся в утро 13 июля, в зал ожидания Шереметьево, в который автор этих строк прибыл заблаговременно после вынужденной и не слишком комфортной ночёвки в летнем парке. Нестерпимо хотелось побыстрее погрузиться в самолёт и бездумно отрубиться на все три часа полёта, но рейс в Прагу оказался задержан почти на час, что сыграло в тот день свою злосчастную роль.

После бесцельного шатания по duty-free я натолкнулся на группу московских собратьев по тяжмясу, также направлявшихся на Obscene Extreme-2016 тем же самым рейсом. Вася, Наташа, Женя, Рома, Денис – привет вам, ребята, знаю, вы сейчас читаете мой запоздало опубликованный отчёт.

Оказалось, что за день до полёта пара парней, как и я, побывали на последнем концерте Black Sabbath в континентальной Европе, да и вообще – вся туса регулярно посещала Coyote Brutal Fest, на который и я сам регулярно прилетал последние четыре года. Люди бывалые и радушные – вот тебе и душевная беседа, и виски в бутылях из-под кваса, ходивших по нашим рукам на глазах у чешских стюардесс. Кстати, в этом году Czech Airlines были на высоте как никогда – вся еда и питьё платно за евро. Бортпроводницы, гоняющие с коробочками Доширака в хвост самолёта за кипятком – это новый уровень all inclusive-сервиса, даже Аэрофлоту до этого расти и расти.

Прилёт в Прагу состоялся с предсказуемым опозданием, которое внесло сумятицу в заранее выстроенные транспортные планы – как мои, так и москвичей. Выпрыгнув из такси на пражском железнодорожном вокзале, я метнулся за «езденьками» на поезд в кассы, но языковой барьер и бюрократические понты гламурных кассирш позволили мне купить заветный билет до Трутнова лишь через 10 минут. Рома с Денисом меня всё же дождались из солидарности, за что им огромное человеческое спасибо, остальные ребята к тому времени уже прыгнули в своей поезд, на который у них уже были куплены билеты ещё в Москве. Прямого рейса до Трутнова уже не было и мы втроем впопыхах погрузились в первый окольный «влак», не успев даже купить пива на вокзале. Дальше состоялась ностальгическая поездка по местам «боевой славы» Brutal Assault-а: поездом до Градца Кралове, оттуда, уже с долгожданным пивом и вкусными чешскими багетами – на вечернем автобусе до Яромержа, ну и наконец от Яромержа до Трутнова на такси в стремительно густевших сумерках. Фест находился у северного въезда в Трутнов и, не доезжая до центра города, Дэн и Рома покинули меня, выпрыгнув с рюкзаками куда-то в ночь, откуда издали сверкали сценические софиты и что-то вовсю хрюкало да бластбитило. Превозмогая белую зависть к парням, которые могли ухватить кусок пропущенного мною pre-party «нулевого» дня феста (как оказалось, они это сделать всё же не успели), я скомандовал шефу везти меня прямиком «в нумера».

Как и ожидалось, Ubitovani Horal Trutnov оказался весьма невзыскательным, но вполне стоящим своей невысокой цены местом для ночевья в дальнейшие 5 ночей. Кинув вещи в номере, я обнаружил перед собой КРОВАТЬ – подзабытый за последние пару суток предмет мебели, на котором даже можно было принять горизонтальное положение и нормально поспать. Время было столь позднее, что рваться на фест в тщетной надежде застать там крохи «нулевого» дня было уже бессмысленно. Банка холодного «Козла», купленного на ресепшне, ненавязчиво потянула меня в объятия Морфея туманных краконосских гор...

Мечты сбываются

Пробуждение утром принесло полное осознание того, что я наконец-то в Чехии, а именно в Трутнове, и всего лишь через два часа начнётся тот самый фестиваль, на который я мечтал попасть последние 12 лет. А вот виды из окна не порадовали вовсе: самые мрачные погодные прогнозы начали сбываться и посреди июля меня ожидал типичный октябрьский день с затяжным дождём из-под низко нависшего бетонного неба.

Совсем рядом от отеля был супермаркет Tesco, где за сущие копейки я приобрёл вкуснейшую колбасную нарезку с паприкой и булочку с жареным беконом, ну и вкуснейший Gambrinus. А почему бы и нет? Быть в Моравии и не пить местное пиво круглые сутки – это не только признак вопиющей бездуховности, но и циничное преступление против общечеловеческих ценностей. Плотный завтрак, прохладный душ – и вот я уже почти интуитивно шагаю в сторону всё большей концентрации праздной патлато-фриковатой публики, облачённой в мерчевые футболки, безрукавки с патчами и прочие милые митольные тряпочки.

Дорога до феста заняла всего полчаса и вот я уже обмениваю ваучер представителя СМИ (о да, это авторские понты) на заветный браслет с VIP-проходом на фест. Шаг за backstage-ворота и вот оно, долгожданное моё счастье грайндкоровое: я на Обсине, вожделенном Эльдорадо утончённых эстетических наслаждений, недосягаемом для профанов Парнасе рок-музыки XXI века, нетронутом коммерцией и цензурой.

«Обсин Экстрим» оказался весьма компактен, всё инфраструктура очень близка к сцене, а от палаточного лагеря до оной – всего 5 минут ходьбы. Публики было уже очень много, в пивных тентах разливное лилось рекой и дым стоял коромыслом, за фирменным фестивальным мерчем выстроились нешуточные ажиотажные очереди.

В многочисленных палатках уже вовсю жарились-варились-пеклись-журчали-шкворчали различные ароматные веганские изыски… на которые я так и не смог толком соблазниться за все четыре дня. Да-да, внутри фестивальной зоны вас ждут исключительно соевые и иные растительные аналоги «трупов животных», граждане мясоеды. И это принципиальная позиция организатора фестиваля Чурби. Но выйдите за ворота – и наши истосковавшиеся по настоящему мясу душу готовы будут успокоить кафе с местной кухней и ларьки с жареной колбасой и гуляшём. Веган джихад капут, одним словом... никому не в обиду).

 Амфитеатр. Дождь. Бехеровка.

Пройдя наверх от тентов с едой по уже ставшей скользкой от дождя мощеной дороге, я увидел ту самую, знакомую по многократным просмотрам фестивальных видео, невысокую сцену и окружающий её амфитеатр с округлыми рядами фанерных скамей в обрамлении высоких парковых деревьев. Народу было весьма негусто, почти все носили дождевики (ну и позавидую же я им через 3-4 часа), на сцене уже отстраивались Kandar – проект вокалиста из известной грайнд-капеллы Pigsty. Занудный дождь и малое количество публики у сцены, похоже, только подстегнули открывающий ансамбль: вот вам и задорный модерн-грайнд и шутки-прибаутки со сцены, и вполне солнечный такой Kand(ag)ar на целых 20 минут. Да-да, дорогой читатель, всего по 20 минут давалось наиболее ранним группам в каждый из основных дней феста. По мере роста статуса ансамбля и «вечерения» времени его выступления продолжительность сета плавно возрастала до часа.

Пока шёл чек Virulency, я открыл для себя весьма приятственный бонус – вход в бэкстэйдж и VIP-бар (!!!) для гостей фестиваля (музыкантов, фотографов и праздношатающихся вроде меня) справа от сцены. Правда, сперва надо было миновать на входе в эти пенаты панибратства и комфортного пьянства строжайшую охрану в лице… супруги Curby и его дочки лет десяти. Как оказалось позже, дети на фестивале не только охотно присутствовали со своими впавшими в угар родителями, но и даже активно варились в самой гуще обсиновых событий! После шота Бехеровки во вполне сухом и комфортном VIP-баре, ваш покорный слуга ушаночку потуже натянул…, тьфу, натянул капюшон на бейсболку и выпнул себя к сцене под ставшим уже проливным дождь внимать брутальствам штатовского разлива в исполнении Virulency. Канонично, солидно, мощно, бластбиты-кач-бластбиты… канонично (2). Звук был мутноват, техничные нюансы терялись и зажигательность выступления испанцев как будто бы тушилась мутной пеленою всё более надоедавшего дождя. Достойное выступление, но ребят бы в клуб, отстроить без спешки и… чтоб крыша там не протекала, это главное.

Прочитанный в программке феста анонс Just War сперва особого энтузиазма не вызвал: местный крастовый Motorhead, и не более. Хотя и не менее – анонс не обманул, и я вполне благосклонно внимал сбоку от сцены столь незамысловатому, увлечённому и по-юношески безалаберному музицированию. Искушённый читатель может в возмущении возопить: «На кой в Европы ездишь фестивалить, пиши про то, как выслушал неровный гравити-бласт у Фло Мунье, сидя в его бочке, или как там импровизационно флажолеты смещаются у Putridity, а не местные "Пургены" восхваляй!!!» Увы и ах, но именно простота, напевность и хороводность держат верх над виртуозным, но холодным академизмом на подобного рода мероприятиях, исходя из моего скромного концертного опыта.

И весьма весомым аргументом тому послужило выступление португальских грайнд-эксцентриков Serrabulho (порт. похлёбка из свиной крови / куча-мала, неразбериха). Можно нескромный вопрос – вы бывали на Sordid Clot? Если нет, то вы читаете эту статью по ошибке, если да – то вы сейчас мыслите в верном направлении, но добавьте к брянскому грайнд-дуралейству масштаб португальского карнавала. В качестве интро заиграл имперский марш и на сцены пожаловал настоящий «Мотли крю» в буквальном смысле слова: Дарт Вэйдер собственной персоной c лазерным мечом, Mr. SEX BOMB и молодой человек в костюме ИЗ своей голой бабушки с микрофоном-вантусом наперевес. Затем зазвучало техно с рэйвов 20-летней давности, сменившееся высококалорийным среднетемповым гором и весь честной народ у сцены немедленно пустился в пляс. Началось массовое фрикование, тупа-тупа-пляски, хаотичное метание пляжными мячами, надувными скатами и спасательными кругами на сцену и со сцены. Со сцены в толпу сыпался поп-корн, взрывались хлопушки с конфетти, было даже исполнено зажигательное соло на мандолине с абсурдными па-де-де «людей-бананов» под оное. Да, в музыкальном плане это всё тот же среднетемповый порногор с ритмами польки – простой как 5 копеек и ставший настолько народным, что не играют его только на Луне. Но цирковой антураж, безапелляционно праздничная подача и неподдельное жизнелюбие – это то, что делает группы вроде Серрабулье неподражаемыми и позволяют им гордо носить корону изобретённого ими же хэппи-грайнда!

Последовавший затем сет шотландцев Cancerous Womb показался сперва суховатым и вовсе не зрелищным. Тем не менее, напора олдскул-дэтграйнда и хитовости материала у ребят было не занимать – такое и слушать любо-дорого, и сплясать под это не грех, что наглядно подтвердил бодрый мош-пит у сцены. Приятное открытие лично для меня, как раз сейчас эти строки набиваю под напевы эдинбургских «Раковых шеек» или «Рака шейки матки», как их там...

Встреча с «Койотами»

Решив слегка размяться, я совершил недолгий променад к палаткам с мерчем и дисками, в ходе которого закономерно наткнулся на Диму Койота сотоварищи, который в совершенно трезвом и немало озадаченном виде пытался водрузить оказавшийся слишком узким тент под проливным дождём. Там же оказались Василий, Наташа и Женя, а также весьма достойный джентльмен Пётр, с которым я также визуально пересекался на Койот Брутал Фестах, но познакомился лишь в тот момент на Обсине. У ребят был свой рецепт выживания в такую погоду – это целлофановые дождевики и литровая бутыль Бехеровки (ох, и надоест же эта зелёная микстура нам всем через 3 дня…).

Поболтав с парнями (и девушкой), я вернулся к сцене — послушать мексиканский Semen, от которого я ничего особенного и не ожидал. Ну «Семён» там какой, небось очередной латиногор с неразборчивой безликой долбой и сдавленным урчанием из канализационного коллектора. Ан-нет! Точнее, почти что так оно и оказалось, но обаяло своей безапелляционной брутальностью ради брутальности: возьмите всё самое тупое, примитивное и дикарское от Mortician, Devourment и мексиканского Disgorge 90-х, закиньте это в бочку из-под удобрений, засыпьте туда мешок дрожжей, и выставьте бочку на месяцок на палящую мексиканскую жару. Пить строго в традициях незабвенного Венедикта Ерофеева: не остужая и большими глотками. Вот такое варево и вылилось на головы благодарных зрителей из сценических порталов, темпераментно насилуемых умельцами-семёновцами. Особенно обаятелен был вокалист в чёрных очках, воинственно сверкавший серебряным зубом и молодецки прикрякивавший после каждой своей инфразвуковой трели - «Чё!», будто дёргал по 50 грамм текилы без закуски.


После окончания жестокого мексиканского камнепада я внезапно ощутил, что… протёк. В такой критический день ни худи, ни футболка из плотной ткани не выдержала мощного напора чешских атмосферных выделений и позывы к сухости и комфорту пересилили любопытство лицезреть андеграундный панк-грайнд от Maticrust из далёких Филлипин и Дубаев.

Пользуясь подсказкой моих новых московских знакомых, я покинул зону фестивального болота и уже через пять минут оказался на ближайшей «заправке». Это заштатное заведение, похоже, делало в первый же день феста свою годовую прибыль: внутри тусовалась заляпанная  мокрой глиной фестивальная публика с мокрыми хаерами, скупавшая всё, что можно было выпить и съесть. Не мудрствуя лукаво, я за сущие копейки заказал себе «гуляшеву» с «печивом» (булочками) на закуску и объелся от пуза. Сугрева ради был взят ром «Божков», который в последующие часы оказался весьма кстати на неоднократно уже проклятой мною «райской» погоде первого дня фестиваля. Слегка пообсохнув и не без труда преодолевая послеобеденную лень, я неспешно приволокся к сцене.

Рассчитывал я прибыть ровно к середине сета мозамбикского gore-я и страдания в лице Sarcotrofia, экзотичностью которого так хвастал сам Чурби в анонсах и буклете фестиваля. Однако вместо иссиня-чернокожего ВИА (слетевшего с феста, как выяснилось позднее) на сцене задиристо и азартно нарезали бразильские мальчишки и девчонка из Nervochaos. Прямолинейный и злой дэт-трэш рубежа 80-х-90-х годов прошлого века — это так ортодоксально и было уже сто мульонов раз? Да, так и есть. Но когда это играется с таким чувством, что это только что сочинено и явлено жаждущему Arise после Remains миру – это не только простительно, но и похвально. Мои рекомендации всем любителям подобного олдскульства!

 

Последовавшие далее японцы Palm c их неврастеническим панк-хардкором впечатлили гораздо слабее, хотя не заметить их остервенелой сценической подачи было просто невозможно. Распробовать артистическое буйство японцев всех мастей, в т.ч. и Palm на афтепати, мне предстояло в последующие дни феста, да простят меня наши дальневосточные коллеги по Курильскому вопросу.

А дождь между тем не прекращался… загнав меня под краешек навеса сбоку от сцены как раз к выходу на оную чилийского Criminal, ведомого харизматичным немцем Антоном Райзенеггером (нынешним гитаристом Lock Up, кстати). Ядрёный придэтованный трэш, сдобренный суровым грувом 90-х годов да с весьма ядовитым и разборчивым вокалом – ещё одно приятное открытие, подаренное мне фестом. Под такое и рома хлебнуть было не лишне!

Довольно благосклонно одолел я и половину сета Skeletal Remains, которые, как и было заявлено в анонсе, убедительно увлекали слушателя в ностальгию по юному и не слишком ещё прогрессивному Шульдинеру, тусившему с тогда ещё волосатым Райфертом. Дождь слегка поутих, перейдя в занудное октябрьское моросилово, и дав ногам возможность поразмяться, я ещё раз сделал променад по территории всё более людного, пьяного и тонущего в глиняной жиже обсинства и экстримства.

У бэкстэйдж-входа на фест я встретил ребят из Dead Infection вместе c басистом Vader, только что вылезших из машины и спешащих на собственное выступление. Кстати, на басу у DI теперь весьма миловидная улыбчивая пани, дорогие мужчины... Стартовав с корабля на бал, польская горграйнд-машина, которую я наблюдал у самого фронта сцены прямо под порталом, стала явно буксовать. Мне уже доводилось видеть на сцене сей польский зэспол, тогда ещё с Яро на вокале, в Крыму в 2006-м году, и увиденное-услышанное тогда удовлетворяло любого причастного горграйнду слушателя по самые анатомические глубины. Теперь же было видно, что те же самые грайнд-хиты исполнялись не так уверенно и явно медленнее, а причина была именно в немолодом уже барабанщике Цыгане – ему явно было некомфортно и тяжко за установкой, и с трудом отстучав 20 минут сета, он попросту отказался продолжать играть дальше. Вполне можно понять разочарование и даже негодование горграйнд-маньяков, не видевших ситуации вблизи и жаждавших лишь половецких плясок нонстопом в мошпите. Забегая вперёд, скажу, что на следующий день я встретил Цыгана в баре для музыкантов, и он был явно расстроен и раздосадован. Оказалось, что на своё же выступление он приехал прямиком из больницы, где проходил срочное обследование крови и сердца, и за барабанной установкой его накрыло так, что он едва не потерял сознание. На следующий день он почувствовал себя более-менее сносно, но сорванное выступление этим уже было не исправить. Пожелаем Славику несокрушимого здоровья и крепкой музыкальной формы, и пусть патологическая тематика Dead Infection останется для него актуальной лишь в песнях его гурта («…и немедленно выпил (С)»)!

На последнем издыхании

Ну да вернёмся обратно в 14 июля, когда промозглая сырость, добравшаяся до нижнего белья и костного мозга вашего скромного рассказчика заставила его добить остатки «Божкова» и прильнуть к правому краю сцену, где дождь назойливо долбил хотя бы не по его макушке, а всего лишь в размокший капюшон зиппера и узреть до боли знакомую лысину Шэйна Эмбьюри, неспешно водружавшуюся на сцену. Нет, далее был не ND, не Lock Up, и даже не Анаал, прости его хосспади, Натракх. А именно Venomous Concept с именитыми Кевином Шарпом и Дэном Лилкером из состава одной малоизвестной гаражной группы. Нарочито грязный и отъявленно безалаберный панк, играемый в манере летящей по склону в пропасть стиральной машины, в которую загружен крупный щебень вперемешку с ворохом окаменевших трусов таёжных каторжан – вот что представляет эта группа вживую. Студийные записи этого алкопанк-проекта ни в какое сравнение не идут с их концертным исполнением: или это вы слышали живьём, или считайте, что вообще не слышали. Не стесняйтесь, посетите при оказии «Ядовитую концепцию», и получите сомнительное и в чём-то даже постыдное, но всё же ни с чем не сравнимое, удовольствие.

Напалмово-бруталправдовый дебош закончился и тут я с предельной ясностью осознал, что «рука бойца колоть устала» и либо я спешно выдвинусь отсель до своей нехитрой опочивальни в гостинице, либо тихо-мирно улягусь спать прямо на ближайшей скамеечке с загранпаспортом и наличкою в кармане прямо под Incantation, Lock Up, Toxic Holocaust и Brujeria. Увы, разом сказался и непрерывный двухмесячный стресс с регулярным недосыпом, и переизбыток музыкальных впечатлений, и коварно взявший на абордаж мой юный организм ром «Божков»… ну и подлая утешительная мыслишка – «Я же все эти группы уже видел раньше». Так что, будь снисходителен к утомлённому и слегка подзагулявшему путнику, дорогой читатель, отпусти его сейчас почивати в сухой и тихий отель, и на следующей неделе он поведает тебе, что же было на второй день фестиваля (в т.ч. и о хэдлайнерах, честное пионерское!!).

P.S. Спасибо вам, дорогие мои Чешские Авиа-«летАдла», за ваш профессионализм и безупречную пунктуальность. Вы ещё не раз меня порадуете за эту поездку, как окажется в день моего отлёта. Да, именно благодаря вам в «нулевой» день я пропустил и кишечный катарсис Toi-Toi-шоу от Gutalax, и реслинг с последующими PPTA и Eat The Turnbuckle, и что самое обидное - трогательное выступление на OEF-2016 милого и робкого клоуна Selfie.

Продолжение следует...

Emuzon благодарит организаторов за предоставление аккредитации.

Фотографии взяты из пабликов: facebook.com/ObsceneExtremeFestival и vk.com/obsceneextreme